Языческая религия

С решительным исповеданием новой веры апологеты связывали борьбу против языческой религии и ее безнравственных мифов, естественным образом ссылаясь при этом на ту предварительную работу, которую уже давно успела провести философская критика в самом язычестве. Однако и в христианстве теперь почва была подготовлена настолько, что встреча с философией могла оказать плодотворное действие на его собственное учение.

В своем представлении цезарю Юстин в гл. 15 кратко суммирует основные этические изречения Иисуса, и вполне верится, что ему удалось бы произвести вечатление также и на языческого читателя. Однако для объяснения мужества христиан он, как и Эпиктет, приводит слова платоновского Сократа: «Вы можете меня убить, но повредить мне вы не в силах», и нравственные призывы Иисуса связываются у него с идеями и понятиями греческой этики. Христианский образ жизни превращается в «божественную добродетель» . Эвдемония, ни разу не упомянутая в Новом Завете, становится теперь жизненной целью, коей способен достичь лишь христианин. Разум предстает как путеводная нить, и прежде всего в обиход принимается понятие физиса. Юстин идет гораздо дальше Павла, распространяя Закон на одних лишь евреев и одновременно устанавливая более высокую инстанцию, действующую как для домоисеевых образов Ветхого Завета, так и вообще для всех людей. «Тот, кто творит всеобщее, коренящееся в природе, вечное благо, коему следовал сам Моисей, тот угоден Богу». В природе человека заложена для Юстина способность познания добра и зла, и он совершенно в стоическом духе говорит : «Естественным нравственным познанием обладают все люди, если только под скверным влиянием общества они не утратили, или, вернее сказать, не заглушили свои естественные понятия ». Так, и Афинагор говорит о том, что людей от животных отличают «свойственные им от природы номос и логос». Также и в остальном физис признается в качестве нравственной нормы. Всемогущество Бога, коему неведомы ограничения природного закона, остается неприкосновенным. Однако когда Афинагор подчеркивает, что мир прекрасен, и чувственная красота есть творение Бога, в этих словах звучит новая оценка «природы».