Верный настрой

В синкататезисе он также обладает средством на практике утверждать свое самоопределение. Он никогда не признает представления о том, что телесная боль есть зло, а какая-либо внешняя вещь есть благо. Также и здесь он остерегается согласия из слабости, доксы.

Тем самым он обретает и верный настрой по отношению ко внешнему миру. Даже мудрец нуждается в таком настрое для своего физического бытия, и ему не нужно, подобно киникам, отказываться от культуры. Однако он может обходиться без внешнего мира и никогда не позволяет ему решающим образом влиять на свою внутреннюю жизнь. Он знает, что внешние вещи не могут ни принести пользы, ни навредить ему. Он всегда неуязвим для оскорблений и несправедливости. Он защищен от любых нападок. Никакой удар судьбы не способен лишить его душевного мира. Ибо он готов ко всему, воспринимая все как природоданное и необходимое. Более того, во всем, что с ним случается, он видит руку божественного Провидения и с радостным сердцем соглашается с его решением, поскольку знает, что оно все устраивает наилучшим образом, давая ему самому силу для преодоления любых трудностей.

На такой независимости от внешнего мира зиждется его внутренняя свобода. Мудрый ощущает себя привязанным к закону логоса, которому он должен неукоснительно следовать. Но тем самым для него отпадает и всякое внешнее принуждение. Он свободен вне зависимости от своих внешних жизненных обстоятельств. Ибо он один не имеет нужды сообразовываться с людьми или вещами. Он строит свою жизнь исключительно в согласии со своим собственным нравственным восприятием и усмотрением. Он знает мир и желает лишь возможного для себя. Поэтому также он может осуществить то, чего хочет. Никогда его стремление не может закончиться неудачей. Ничто не способно помешать ему или принудить его. «Скорее можно утопить в воде наполненный воздухом мех, чем заставить мудрого делать то, чего он не хочет».