Стоический сенсуализм

Стоический сенсуализм при таком понимании в полной мере сохранял свою действительность дня чувственного опыта. Однако для Посидония к нему добавляется вторая функция познания, происходящая исключительно из природы человеческого духа. В своем специальном сочинении о критерии он, по всей видимости, сохранил прежние права за каталептическим представлением; однако истинная гарантия познания действительности лежала для него в здоровом состоянии духа, в orthos logos, который состоит в единстве с логосом Вселенной и способен воспроизвести его мысли при формировании бытия. Здесь Посидоний вновь радуется тому, что находит эту мысль подготовленной еще у самых старых стоиков, и возможно — у самого Зенона.

К наиболее существенным функциям логоса относятся также математическое мышление и его понятия, которые, конечно, достигают наглядности в фантазии, однако становятся возможными лишь благодаря логосу, по своей структуре схватывающему общее. Животное так же мало обладает математическими представлениями, как и пониманием числа и меры. У человека понятие кривой и прямой линии относятся к тем «природным» пролепсисам, которые вырабатываются спонтанно и помимо всякого преподавания. Однако сформулированные Евклидом математические аксиомы, потенциально лежащие в основе всякого доказательства и способные придать ему силу заключения, обязаны своей непосредственной убедительностью тому обстоятельству, что они не абстрагированы из различных отдельных опытов, но имеют свое основание в сущности мыслящего и комбинирующего логоса. Они стоят на одной ступени с пятью силлогистическими фигурами, которые еще Хрисиппом признавались как очевидные без доказательства, как anapodeiktoi. Также и доказательная сила всех отдельных логических заключений зависит от того, могут ли они быть формально сведены к этим anapodeiktoi, тогда как в материальном отношении они должны опираться на опыт.