Предпосылка нравственности

Для Стой знание о божественных и человеческих вещах было предпосылкой нравственности. Но ее собственным содержанием была практическая деятельность. Фронесис заключался в знании о правильном действии. Лишь Панэций оценил по достоинству стремление к познанию как таковое, стал рассматривать теоретическое исследование как природосообразную деятельность человеческого духа и видеть в ней отдельную область фронесиса наряду с практическим познанием, которое благодаря переплетению добродетелей между собой переходит и в соседние сферы, также регулируя в них действие. Его лично влекла к себе наука, и он с определенностью признавал за всяким, кто предрасположен к ней, нравственное право всецело посвятить свою жизнь чистому исследованию; однако все же он рассматривал такой случай как исключение, и в старом споре о том, заслуживает ли предпочтения теоретико-научный или практико-политический жизненный идеал, он, в отличие от Теофраста, принципиально отстаивал точку зрения Дикеарха, на первое место решительно ставившего активную деятельность в служении целому. Ибо человек от природы расположен к жизни в сообществе. Но природоданным сообществом, по мнению Панэция, является не космополис, которому служит также и исследователь, а конкретное отдельное государство, предоставляющее человеку жизненное пространство, при этом, однако, ставящее перед ним и определенные нравственные задачи. Основной добродетелью поэтому является социальная позиция, носитель которой, вынося справедливый суд, не только избегает неправды, воздавая «каждому свое», но и активно работает на благо целого и в качестве добровольного помощника служит своим согражданам своей личностью и своим состоянием.