Памятное сочинение

Сценические персонажи также были даны Сенеке его предшественниками, и там, где он продолжает работать над ними самостоятельно, он не наполняет их изнутри новой жизнью, но придает им типические черты. Если в своем памятном сочинении к Нерону он противопоставляет друг другу образ тирана, который, действуя по принципу «Oderint dum metuant», безгранично использует свою власть, и истинного царя, заслуживающего любовь своих подданных, — то конкретным дополнением этому служит его «Фиест», в котором Атрей гордится именем тирана и видит величие своего положения в том, что оно позволяет ему попирать ногами все нравственные законы, не обращая внимание на голос народа, в то время как его брат, умудренный своим жизненным опытом, готов сложить с себя власть, доставляющую ему лишь опасности и хлопоты. Дабы не оставить сомнений в собственной точке зрения, Сенека здесь непосредственно после сцены, в которой Атрей открывает свою сущность, вставляет песню, где хор в качестве истинного царя превозносит мудрого, презирающего все земное и не могущего быть поколебленным никакими обстоятельствами. В «Троянках» Сенека помещает диалог, в котором — в противоположность юному сорвиголове Пирру, не ведающему человеческого снисхождения к побежденным — Агамемнон выступает как представитель просветленной истины, которого само величие победы привело к пониманию переменчивости счастья и к познанию: «Minimum decet libere cui multum licet» . В «Hercules Oetaeus»’ герой, в котором сам Сенека усматривал воплощение стоического мудреца, представлен бескорыстным и самоотверженным борцом против любой неправды и миротворцем, мужем, который со стоической твердостью идет на смерть и благодаря своей virtus обретает бессмертие. И всецело по образцу тирана, который был дан Сенекой в «De dementia», в «Октавии» изображен сам Нерон, который, несмотря на увещевания Сенеки, упорно продолжает держаться постулата «Fortuna nostra cuncta permittit mihi» и «Oderint dum metuant».