Гражданское умонастроение

На место гражданского умонастроения для сына эпохи цезарей приходит человечность, которая, как и у Сенеки, выступает не как общее раскрытие человеческой природы, но как филантропия. Человек, в противоположность дикому животному, по природе своей есть мягкое, созданное для взаимной любви существо, которое и пороки ближнего понимает как простые заблуждения, прощает их ему и, насколько это в его силах, пытается ему помочь. Нас не слишком удивляет, когда Эпиктет особенно подчеркивает, что также и рабы являются нашими братьями, имеющими право на человеческое обхождение. Эпиктет — первый стоик, который из собственного опыта и всей своей жизнью исполняет постулат о равенстве всех людей. Конечно, деятельной любовью в христианском смысле его гуманность также не становится, ибо ведь бедность и внешняя нужда истинного человека «никак не касаются».

Братьями все люди являются, поскольку все они происходят от Бога и равным образом носят в своей груди божественную искру, потомка Божества, который лучше представляет божественную сущность, нежели какой бы то ни было мертвый памятник. Вся человеческая жизнь, равно как и все мировые события обретают для Эпиктета смысл лишь в силу того, что за ними он ощущает руку Божества. Ему известна традиционная схема, согласно которой философия сперва доказывает существование богов и Провидения, затем демонстрирует очевидность их благости и, наконец, поощряет к подражанию Богу. Однако он наполняет ее собственным, личным восприятием.