Эллинское понятие

Естественно, гораздо более важно было, что такое специфически эллинское понятие, как decorum, теперь вошло в обиход христианской этики, и даже природа нашла свое признание в качестве нравственной нормы. Если Амвросий, говоря о внешних событиях, настойчиво подчеркивает, что твердый и упорядоченный ход природных вещей в любое время может быть изменен Божьим вмешательством, то все же в области этики ему известен не только Павлов естественный Закон, начертанный в сердцах всех людей и обязательный в том числе и для мудреца, но и стоический природный закон, лежащий в основе человеческой общности, и он вновь и вновь ссылается на природу как на наставницу в нашей деятельности. Ибо она пребывает в гармонии с божественной волей. «Грешить — значит отклоняться от того, что природосообразно» , и, таким образом, также и христианин может усвоить себе формулу природосообразной жизни, если только он поймет ее в религиозном смысле.

К природе человека принадлежат также и иррациональные устремления. Поэтому Амвросий столь же мало считает возможным их искоренение и невосприимчивость к боли, как и Панэ — ций, несмотря на то, что он лично склоняется к монашескому идеалу апатии и в особых сочинениях возносит хвалу бегству из мира и «возвышающей над природой, ангелоподобной» девственности. Однако и для него основное требование природы состоит в том, чтобы разум властвовал над влечениями, не позволяя им перейти меру, что означало бы для души настоящее «страдание» и нарушало бы автономию разума и внутреннюю гармонию. Ибо лишь так человек может претворить в жизнь призыв Сенеки: «Приучайся быть целостным человеком!», и лишь так мы достигаем душевного спокойствия, которое, являя собой мир в Боге, есть также и цель для христианина.

От Панэция, также как и от Стой в целом, Амвросий, напротив, отличается учением о первородном грехе, которое он исповедует со всей истовостью. «Даже младенец, проживший лишь один день, не свободен от греха. В грехах наших родителей мы зачинаемся и рождаемся» . Тем самым также сказано, что человек не властен исполнить свое предназначение собственными силами, но может лишь уповать на помощь и милость Божию.