Цель Гераклита

Цель Гераклита, следовательно, была не в том, чтобы генетически объяснить нынешний состав этого мира, но в том, чтобы понять мир в его закономерности, тем самым уяснив его смысл, равно как и смысл нашего собственного духовного существования. К этой постановке проблемы тут же далеко на Западе присоединился Парменид, однако лишь для того, чтобы оспорить решение, данное Гераклитом. Он исходил не из комбинирующего чувственные впечатления логоса, но из сконцентрированного на самом себе духа, из нуса, и этот последний дал ему понятие неизменного, вечно пребывающего равным себе бытия, исключающего всякое небытие, однако вместе с тем и всякий переход в иное состояние. Лишь это одно неподвижное бытие могло, следовательно, представлять для него истинную сущность мира, а никак не становление и не взаимопроникновение противоположностей, которыми вводят нас в обман наши чувства. Впервые тем самым было провозглашено самовластие духа, а чувствам как органу познания — отказано в доверии. Несмотря на это, определение бытия Парменида дало решительный толчок именно натурфилософии, которая и не помышляла о том, чтобы пренебрегать свидетельствами чувств. Левкипп и Демокрит, конечно, едва ли могли воспользоваться понятием единого, неделимого и неизменного бытия, желая объяснить многообразие естественного мира, однако, разбив его на бесконечное множество малых частиц, имеющих тот же характер, и построив мир из таких «атомов», они выдвинули гипотезу для объяснения мира явлений, сохранившую свою плодотворность вплоть до нынешних дней.