Национальные движения каталонцев, басков и галисийцев развивались каждое по-своему. Поэтому следует рассмотреть их отдельно. В Каталонии до 1909—1917 гг. во главе национального движения стояла крупная национальная буржуазия, организованная с 1901 г. в партию «Лига регионалиста». Партия боролась легальными средствами за достижение автономии Каталонии в рамках испанского государства. Но в этой борьбе крупная каталонская буржуазия проявила нерешительность. Острые классовые противоречия между пролетариатом и буржуазией неоднократно заставляли последнюю искать поддержки у мадридского правительства, в руках которого находился весь аппарат принуждения.
Ее стремление к компромиссу с мадридским правительством объяснялось и тем, что каталонская буржуазия, так же как и баскская, в XX в. стремилась к империалистическим захватам, требовала завоевания внешних рынков, колоний (Марокко, например), для чего необходимо было иметь сильную государственную власть и сильную армию. Это совпадало с интересами правящей испанской земельной аристократии и финансовой олигархии, тем более что правящие классы Испании, стремясь расколоть и ослабить национальное движение, в начале XX в. пошли на уступки некоторым экономическим и культурным требованиям каталонской буржуазии: в 1906 г. были приняты протекционистские тарифы, в 1907 г. было разрешено преподавание в школах на каталонском языке, в 1913 г. была проведена реформа местных органов управления, в силу которой в 1914 г. была создана «Манкомунидад». По этому поводу лидер «Лиги регионалиста», крупный каталонский промышленник и финансист Камбо заявил, что к общему согласию определилась роль Каталонии и Кастилии в Испанском государстве: Кастилия стала экономической данницей Каталонии, а Каталония осталась политической данницей Кастилии.
После всеобщей политической забастовки испанского пролетариата в августе 1917 г. крупная каталонская и баскская буржуазия окончательно отказалась от защиты своих национальных интересов и пошла на соглашение с монархией, а ее представители вошли в состав центрального правительства. Фактически она превратилась во врага национального движения. Федерация каталонских промышленников наградила золотой медалью диктатора Примо-де-Ривера, который запретил употребление каталанского языка, распустил «Манкомунидад», местные органы управления и даже потребовал заменить названия улиц, чтобы вытравить всякое проявление каталонского национального духа. Однако усиление национального гнета встречало все возрастающее сопротивление. Руководство каталонским национальным движением на несколько десятилетий перешло в руки мелкой и средней буржуазии. Их интересы представляли новые партии — «Каталонское государство» (Estat Catala) и «Каталонское действие» (Accio Catala). Под их влиянием находилось каталонское крестьянство.
Ф. Масиа и Л. Компанис стали наиболее популярными лидерами национального движения. С марта 1931 г. они вошли в возникшую тогда партию левых националистов «Эскерра републикана де Каталунья» (Левая республиканская партия Каталонии). Характерной чертой национального движения в Каталонии в 20— 30-х годах являлось то, что пролетариат (а в Каталонии население, занятое в промышленности, уже превышало число лиц, занятых в сельском хозяйстве) , не принимал активного участия в нем и потому не оспаривал руководства движением у буржуазии. Это объяснялось в первую очередь подавляющим влиянием анархо-синдикализма и анархизма на рабочий класс Каталонии, отрицавших необходимость национально-освободительной борьбы. Немаловажное значение имел большой приток иммигрантов из других, некаталонских, провинций Испании, влившихся в состав каталонского пролетариата, а также слабость и малочисленность Коммунистической партии.
Получить бесплатную медицинскую консультацию можно на сайте Медицинского Ресурса