Широкое признание

Основной областью стоического влияния, однако, по-прежнему оставалась этика. Вера в нравственную автономию человека и убеждение в том, что он от природы предназначен к целеосознанному образу жизни согласно велению разума и что в последнем должна быть заключена не только добродетель, но и его блаженство, — находит себе все более и более широкое признание, «обеспечивая Стое самое сильное и самое продолжительное влияние, которого когда-либо могла достичь та или иная этика» . Этой центральной идеи Стой придерживались и такие мужи, как Декарт и Спиноза, строившие свою этику из предпосылок совершенно иного по своей природе мировоззрения. В то же самое время Панэциев идеал гармонической личности, развивающейся в процессе работы над своими природными задатками, соединяющей с оправданным стремлением к самосохранению доброжелательность по отношению к ближним и ведущей свою жизнь в согласии со вселенской природой, нашел благодарную почву в душе Шафтсбери, в которой, как и в душе эллина, этическое восприятие сочеталось с эстетическим.

Естественно, что при этом как раз именно в вопросах практической жизни заявило о себе современное мировосприятие, подталкивая к критике. В частности, протест вызывал косный интеллектуализм Хрисипповой физиологии. Сильная витальность человека Ренессанса с самого начала требовала дать должную оценку телесному влечению. Новое чувство действительности и наблюдение, вооруженное современными методами, принесли с собой новую глубину проникновения в сущность и функции влечений, стремлений и ощущений, с очевидностью показали естественность их возникновения, а тем самым — необходимость признания их жизненной ценности, так что требование искоренения аффектов отпало само собой. Однако когда психология аффектов вообще была помещена в центр антропологии и стала рассматриваться в теснейшей связи с этикой, новое поколение исследователей попросту двинулось по стоической стезе.