Сократовская беседа

Диалектика своими корнями росла из сократовской беседы, в которой Платон усматривал подлинный метод научного образования, да и сама Стоя все еще определяла ее как науку, дающую способность при помощи вопроса и ответа говорить «хорошо», то есть «истинно», на основании твердого познания. К той же самой цели в своей непрерывной речи должна была устремляться и риторика, ибо, согласно стоическому воззрению, ей равным образом полагалось служить истине. Правда, в практическом преподавании, равно как и в теоретической оценке, последняя настолько отходила на задний план, что стоики охотно обозначали всю совокупную логику как диалектику. Ибо лишь она проясняет формы и законы мышления, создавая тем самым формальную предпосылку для познания истины, которое есть основа для всего жизненного течения. И именно с этой целью Зенону представлялось необходимым исследование языковых форм: «Ибо дело одного и того же человека правильно говорить и правильно мыслить». И когда Зенон исследует формы мышления, перед его умственным взором уже предстает тот внешний образ, который они принимают в языковом выражении.

Начала языковых наблюдений’ восходят у греков к тем далеким временам, когда им пришлось заняться прояснением для себя смысла сделавшихся непонятными эпических форм. В духовно чрезвычайно подвижном пятом столетии начальное преподавание впервые стало расчленять слова на слоги и буквы, а среди последних различать гласные, взрывные согласные и промежуточные звуки. Одновременно софисты в ходе преподавания риторики обучали и правильному словоупотреблению, а такие мужи как Протагор приходили к необходимости исследования отдельных грамматических явлений. С особенным усердием обсуждался вопрос о том, возникли ли имена вещей естественным путем, или же они были субъективно приданы вещам человеком, а также возможно ли, выяснив первоначальный смысл слова, проникнуть в сущность вещей.