Идеи полиса

Крушение идеи полиса повлекло за собой для эллинства тяжелый кризис. Эпикур приобрел наибольшую популярность, когда он, опираясь на материалистическое мирообъяснение, провозгласил этический индивидуализм, бравший в расчет лишь эгоистические стремления человека, не признавая его природоданного обязательства перед сообществом. Старая философия ничего не могла ему противопоставить. Взывание к чувству полиса уже не могло иметь прежнего действия, и столь же мало отклика находили похвалы нематериальному духу. Платонизм внешне обособился в монастырской уединенности, внутренне утратив чувство сопричастности к новой жизни. Для перипатетика же именно его открытость миру и многостороннесть начали представлять опасность. Он растрачивал свои силы в занятиях множеством специальных наук, не претендовавших на звание житейской мудрости и лучше всего произраставших на почве Александрии; афинская же школа под долгим схолархатом Дикона превратилась в светское учебное учреждение, где занимались спортом и красноречием, однако не обещали дать опору в жизни.

И тут Зенон был единственным, кто мог оказать воздействие на людей нового времени, ибо он обращался к ним исходя из близкого им умонастроения и осознанно указывал им цель, диаметрально противоположную цели Эпикура. Материализму, видевшему в духе не более чем продукт материи, он противопоставил монизм, хоть и также привязывавший дух к материи, однако обеспечивавший ему господство над ней. Не имея собственных естественно-научных интересов, он, тем не менее, предпринял объяснение мира, которое, отдавая должное механическим процессам, в качестве последней действующей причины признавало не случай или слепую необходимость, но силу, исходящую от творящего порядок и форму духа. Тот же самый логос он, однако, также представил как истинную сущность человека, которая предназначила его не для животного удовольствия чувств, но для духовно-нравственной жизни.