Низшие животные

На границе между растением и животным стоят губки, которые по собственному импульсу могут сжиматься и расширяться, однако твердо прирастают к скале. Низшие животные обладают лишь осязанием; только у высших чувственное восприятие получает всесторонее развитие, точно так же как полная свобода движения, а также половая дифференциация. Однако у человека мы не только вновь находим вегетативные и животные силы низших ступеней: также и его высшая душевная жизнь демонстрирует способности, соответствующие стремлениям животных. Это воззрение, безусловно, противоречило господствовавшему со времен Хрисиппа школьному учению, гласившему, что центральным органом души является чистый логос. Однако еще Панэций отверг его на основании своего жизненного опыта, а Посидоний подробно опроверг его в своем сочинении «Об аффектах», сделав это с тем большей остротой, что усматривал в нем фальсификацию истинного учения основателя школы. Определения Зенона, гласившие, что аффект есть «не

Разумное и противоестественное движение души», «переходящее свои пределы стремление», — Посидоний полностью усвоил себе; однако для него они означали лишь, что аффект не есть суждение логоса, но происходит из противоборства двух сил, в котором самостоятельное иррациональное влечение прокладывает себе дорогу против веления логоса. Когда Хрисипп перетолковывает эти определения в «алогическое движение логоса», «чрезмерное суждение», он привносит в них бессмыслицу, в которой нет вины Зенона. Весь взгляд на аффекты как на суждения противоречит естественному чувству, и, несмотря на всю диалектику, Хрисиппу не удается интеллектуалистски объяснить процесс аффекта, его возникновение и прекращение. Как причину эффектного суждения он рассматривает величину представляемого блага или зла.