Сообщество космополиса

Цицерон полагает основание для своего сочинения о законах, развивая существующее стоическое учение. Он выводит его из сущности общего для Бога и человека логоса, который от природы ведет всех людей во взаимной склонности друг к другу, а также крепко связывает их в правовом сообществе космополиса. Справедливость есть поэтому не что иное, как осуществление природосообразной жизни, в которой исполняется человеческое предназначение, независимо оттого, — говорит напоследок Цицерон, — искать ли его в наслаждении природными вещами, или в жизни, в которой человек рассматривает природу как закон и норму и делает все для удовлетворения ее требованиям. К этому второму истолкованию стремится все рассуждение, и — должно быть — сочинение, положенное в основу Цицероном, также склонялось в его пользу. Оно глубоко родственно определению жизненной цели, данному Антипатром, и с точкой зрения Антипатра согласуется воззрение всей книги в целом. Ибо в ней преобладает чисто интеллектуалистическое понимание человеческой души, и она исходит из абсолютного равенства всех людей; эмпирические различия она — вместе с Антипатром — выводит исключительно из постепенно наступающего упадка логоса, нисколько не думая при этом о дифференциации по физическим и этнографическим условиям, которая не подлежала сомнению для Панэция и Посидония. Также и в том, что касается учения о природном праве, нам следует полагать, что официальное учение Стой во времена Цицерона в целом остается на точке зрения Антипатра.

Даже в учении об аффектах, где Посидоний резко выступал против Хрисиппа, Стоя оставалась верна интеллектуалистско — му основоположному воззрению, довольствуясь лишь частичными преобразованиями, учитывающими критику Посидония. Были сохранены определения аффектов как суждений, однако в духе Зенона их интерпретировали таким образом, что ими лишь в качестве причины задается существенный для возникновения аффектов момент, тогда как собственно процесс аффекта заключается в изменениях душевной пневмы.