Достижение предшественников

Больше других стоики уделили внимания учению о выражении. Здесь Теофраст в авторитетной форме обобщил достижения предшественников, соединив их со своим учением о четырех достоинствах lexis. Еще до наступления эллинистической эпохи греческий язык был столь угрожающе тесним чуждыми элементами, что Аристотель требовал от lexis в первую очередь чисто эллинского способа выражения. Для Теофраста такой способ выражения также занимал первое место среди достоинств речи, и стоики, стремясь в языковом отношении быть истинными греками, за ним последовали. Они определили eM. r|viop6<; как правильное выражение в рамках повседневной речи образованного грека и решительно осуждали любую погрешность в греческом, будь то в словоупотреблении или в синтаксисе. Вместе с Теофрастом они признали и три остальных достоинства: ясность, уместность И кахаокеоф искусное построение путем тщательного отбора выражений и избегания всякой вульгарности. Дальше Теофраста они пошли лишь в том, что ввели еще и пятое достоинство, краткость. Зенону претили лишние слова, пустые речи. Слова философа не должны были иметь внешнего блеска, но должны были быть «окрашены смыслом». И если даже Хрисипп определенно одобрял скромное украшение речи, то все же главное место он отводил делу, а в интересах дела он даже теоретически допускал те или иные прегрешения против правил искусства.

То, о чем мечталось стоикам, была, следовательно, проза, которая учитывала бы эллинскую потребность в искусном построении, но при этом всецело служила истине. Не удивительно, что традиционная риторика с ее учением их не устраивала. Цицерон не мог удержаться от замечания, что учебники риторики Клеанфа и Хрисиппа следует читать тому, кто желает разучиться говорить.

Поэтика не обрела в Стое прочного места, как бы часто ни ссылались здесь на поэтов как на носителей народного познания.