Сокровенная глубина

В одном слове «благо» для Стой поэтому сходятся воедино все ценности. Как Павел в своем гимне восхваляет силу любви, прибегая к обилию перечислений, Клеанф с религиозной истовостью в особом стихе воздает хвалу благу. «Строго упорядоченным» называет он его, «справедливым, набожным и благочестивым, полным самообладания, драгоценным, прекрасным и достойным, строгим и существующим по собственным законам, всегда полезным, свободным от страха, горя и боли, непоколебимым, завершенным в себе, славным, свободным от самомнения, кротким и сильным в действии, обладанием, пребывающим вечно», и еще множество иных эпитетов дает он ему, дабы пробудить в своих учениках ощущение того, что объемлет собой благо и чем оно может быть д ля человека.

Кроме своей собственной сокровенной глубины, человек может найти благо еще и во всеобщем логосе, в сообществе разумных существ, без коих он не может существовать и нравственно, согласно своей сущности, действовать. Дружбу с добрыми людьми и самих этих людей тоже поэтому надо рассматривать как блага, даже если они, подобно внутренним ценностям, и не составляют эвдемонии сами по себе, а лишь помогают ее достижению.

Это, однако, вместе с тем и единственные внешние блага, которые признаются Стоей. «Все сущее есть либо благо, либо зло, либо ни одно из двух», а поскольку лишь нравственное благо есть благо, и лишь нравственное зло есть зло, то все, что не относится к области нравственного, относится к третьей группе. Оно индифферентно, adiaphoron, так как не прибавляет ничего ни к блаженству, ни к несчастью. Однако сказанное отнюдь не означает, что эти вещи для нас совершенно безразличны, и что между ними самими нет никакого ценностного различия. Ибо в этой вненравственной области животный физис человека заявляет свои права. Ведь сама природа так создала живые существа, что иные вещи с необходимостью возбуждают стремление обладать ими, а другие — противоположное стремление. Таким образом, она сама создала ценностные различия между внешними вещами, и мы противоречили бы ей, если бы не признавали их также и для одаренного разумом человека.