Религиозные мотивы

Учение о мировых периодах и экпиросисе Филон отвергает по религиозным мотивам; равным образом он не принимает учения о геймармене, так как оно вынуждает к отрицанию свободы воли. Напротив, он с охотой принимает стоическую веру в Провидение, которое все в мире устрояет разумно и во благо человеку. Тесно опираясь на стоический образец, он отстаивал это учение против доводов эпикурейцев и скептиков. В теодицее и для него наиболее важным было то, что доброму человеку никакая внешняя судьба не может причинить вреда.

Весь видимый космос, который Стоя объясняет и который она один только и признает, для Филона, однако, есть лишь область сотворенного, лишь основание, над коим возвышается сфера изначального бытия и божества. Для этого же последнего Филон нашел философское объяснение не в Стое, а в современном ему платонизме с его верой в умопостигаемый мир, vot|t6<; кборос;, который является прообразом чувственного, и в царство идей, которые суть не что иное, как мысли трансцендентного Бога. Поводом к перенятию этих воззрений послужило двукратное повествование книги Бытия о сотворении человека, которое еще до него еврейские истолкователи объяснили тем, что прежде чем создать чувственного человека, Бог создал по своему образу и подобию умопостигаемого. Отсюда был всего лишь шаг до того, чтобы распространить это наблюдение на весь остальной мир. Для Филона во всяком случае краеугольным камнем его учения о сотворении мира является мысль о том, что Бог, подобно архитектору, сперва составил в духе строительный план всего космополиса, и лишь затем реализовал его в чувственном мире, а сама мысль, равно как и сравнение, при этом наверняка происходят от платонизма. Без предшествующего «Тимея» мирообъ — яснение Филона немыслимо.