Начало языка

Однако, прежде чем подойти к первобытным началам языка, требовалось понять строение языка современного. Такую задачу осознанно поставил перед собой Зенон, тем самым положив начало систематическому языкознанию. Он прекрасно понимал, что идет новыми путями, однако и здесь тщательно использовал всю работу своих предшественников. Опираясь на старую теорию, которой следует также и Аристотель в своей «Поэтике» , он пошел от простейших составных частей языка, выделив семь гласных а, е, р, i, о, и, со, и шесть взрывных согласных р, У, 5, П, к, т и, без сомнения, как и Аристотель, не преминул сказать и о сущности прочих звуков. Простейшими звуковыми сочетаниями также и для него являются слоги. Из этих элементов образуется лексика, «голос, изображаемый уже в письменных знаках». Он отличается от простого звука, однако может быть чистым подражанием таковому, как, например, слово blityri, передающее звучание струн. В логос лексика превращается только тогда, когда она служит в качестве «обозначения» для известного объекта. «Логос есть означающий голос, посылаемый мыслью».

Слово «логос», так же как и слово «голос» , стоики употребляют во множестве смыслов. Оно может означать отдельное «знаменательное» слово, но также и высказывание, логическое заключение или осмысленную взаимосвязь постулатов. Такую смысловую взаимосвязь имеют в виду стоики, различая определенные «части», или, как и здесь охотнее сказал бы Хрисипп, «элементы» логоса.

С давних пор признавалось неоспоримым, что имя и глагол являются несущими членами в теле языка. Платон рассуждал об их соединении в связи с предпринятым им исследованием об истинном содержании суждений и определил их сущность следующим образом: глагол, или рема, служит для выражения действия, тогда как онома есть языковое обозначение для действующего. В занятиях риторикой, кроме того, особое внимание уделялось «связующим членам», syndesmoi, союзам, ибо от их верной расстановки зависела ясность и обозримость речи, sa — pheneia.